Природа, как и человечество в целом, живёт и развивается по универсальным планетарным законам, цикличным и ритмичным по своей сути, где единство и борьба противоположностей обеспечивают вечное движение.   Законы природы универсальны, в них большое подобное малому, в них макро и микропроцессы имеют одну и ту же природу и подчиняются одним и тем же принципам.

Описание жизненного цикла общественных систем

Социально-экономическим отношениям в обществе также свойственна цикличность и универсализм, понять и осмыслить которые всегда пыталось человечество.  Так в середине Х1Х века французский ученый Клемент Жюгляр впервые сформулировал идею и сделал расчёты промышленных или деловых циклов в экономике. Его циклы коррелировали с мaлыми краткосрочными финансово-экономическими циклами, открытыми 1920-х годах американскими экономистом российского происхождения Джоном Китчиным и исследователем финансовых циклов В. Крамом, а также с долгосрочными циклами конъюнктуры, примерно в то же время описанными выдающимся российским ученым Николаем Кондратьевым. Российские ученые-экономисты Леонид Абалкин, Сергей Глазьев, Владимир Маевский, и другие восстановили экономическую школу «русского циклизма» начало которой было заложено в трудах Михаила Туган-Барановского и Н. Д. Кондратьева.

С. Глазьев в статье «Современная теория длинных волн в развитии экономики» писал:

«Неспособность неклассического «мейнстрима» к объяснению наиболее важных проявлений экономической динамики, включая как нынешний кризис, так и предшествующий ему мощный длительный подъем экономической активности, может быть преодолена в рамках новой парадигмы экономической науки. Наряду с теорией длинных волн её составными частями станут эволюционное и институциональное направления современной экономической науки.»

Экономист Йозеф Шумпетер предложил гипотезу, согласно которой в одну длинную волну Кондратьева вкладывается шесть среднесрочных циклов Жюгляра, а каждый из последних включает три краткосрочных цикла Китчина.  Это была одна из первых попыток осмысления фундаментального принципа построения вселенной, принципа фрактальности, с позиций экономической «теории циклизма». Принцип фрактальности, сформулированный американским математиком Бенуа Мальдебротом, универсален и справедлив применительно к любой области познания в том числе и в области экономических отношений.

Фактор эволюционного развития в экономической науке зачастую игнорируется, так как для его осмысления и дальнейшего развития нужен более широкий кругозор, основанный на симбиозе знаний, выходящих за рамки классической экономики. Такую систему знаний можно назвать «философией нового тысячелетия» в которой найдут своё отражение новые знания о Земле, Космосе, человеке и человечестве, гармонично существующих в едином энергоинформационном пространственно-временном континууме. Концентрация на локальных процессах мешает “отрешиться и воспарить”, попытаться охватить внутренним взглядом и понять весь эволюционный путь и место теперешнего отрезка времени на нём.

Многие мыслители современности пытались сформулировать закономерности развития общественных отношений и спрогнозировать циклы цивилизаций. Так немецкий философ Освальд Шпенглер в своём труде «Закат Европы» предсказывал гибель западноевропейской и американской цивилизаций. Учитывая цикличность или волновую природу жизненных процессов, таков исход рано или поздно представляется неизбежным. Остаётся найти ответить на вопрос, когда это может произойти. Чтобы смоделировать процесс эволюционного развития нужно знать форму волнового процесса, длину волны, и место на ней текущего состояния системы.

Общество в целом, как и её элемент- человек — представляют собой открытую многоуровневую само организующуюся функциональную систему, активно взаимодействующую с окружающей средой. Её элементы, взаимодействия друг с другом, образуют определенную целостность, обладающую способностью восстановления внутренней гармонии или равновесного состояния в ней, как единым целым, и внешней средой. Общество, как система, по своей природе гармонично. Оно тяготеет к внутреннему балансу, а временные нарушения в отдельных подсистемах представляют собой лишь случайные сбои в работе слаженной машины.

Оно похоже на хороший оркестр, где гармония и согласие являются нормой, а разлад и музыкальная какофония — случайным и досадным исключением. Можно сказать, что по аналогии с любым живим организмом, общество обладает внутренним иммунитетом и способностью к восстановлению равновесного состояния за счёт внутренних резервов. Таким образом поведение системы на каждом интервале времени во многом определяется её предысторией, а реакция на внешние воздействия – её текущим состоянием. Данное описание поведения системы общественного устройства совпадает с описанием явления гистерезиса свойственного биологическим и физическим системам.

Кривая жизненного цикла общественной системы (цивилизации) в точности повторяет кривую жизни биологических объектов, составляющих её, и, следовательно, должна включать следующие фазы: фазу роста, фазу насыщения, и фазу увядания или заката которая и замыкает жизненный цикл. Это перекликается с фазами развития общества, описанными Львом Гумилёвым, которые он связывал с уровнем энергетики членов общества (пассионарностью).

Ниже приведена схема технологических укладов в ходе современного технологического развития из статьи С. Глазьева «Современная теория длинных волн в развитии экономики». Из графика можно увидеть, что кривые технологических укладов в разные исторические периоды времени совершенно одинаковы по форме и напоминают восходящую фазу петли гистерезиса, за которой непременно должна следовать фазы насыщения и заката.

Рис 1. Схема технологических укладов в ходе современного технологического  развития

Можно предположить, что кривая жизненного цикла любого общественного строя или цивилизации повторяет кривую жизненного цикл биологических объектов и связана с уровнем его внутренней энергетики. Все природные процессы цикличны и графически это может быть представлено в виде восходящей и нисходящей петель гистерезиса. Безотносительно формы кривой жизненных циклов, хочу обратить внимание вот на что. На рисунке 1 приведены этапы индустриальной и технологической революций. Я обратил внимание на цикличность вышеприведенных процессов.

Рассмотрим два цикла: 1830 -1880 и 1880 -1930 годов. Заметим, что длина каждого из них равна 50 годам. Внутри каждого цикла есть следующие события, условно назовем их «узловыми точками»: — начало развития; — широкое распространение; — конец фазы быстрого роста. Легко заметить, что в каждом из вышеуказанных циклов временные отрезки между узловыми точками совпадают и равны 17 и 33 годам.

Рассмотрим следующие два цикла: 1930 — 1970 и 1970 — 2010 годов. Длина каждого из них равна 40 годам. Временные отрезки между узловыми точками каждого из них совпадают и равны 13 и 27 годам соответственно.

Длины каждого из шести приведенных циклов в годах раны соответственно: 60, 50, 50, 40, 40, 30 годам. Налицо уменьшение продолжительности циклов во времени. Это признак того, что время начинается уплотняться временные интервалы между узловыми точками внутри циклов уменьшаются, а, следовательно, современное мироустройство, основанное на капиталистических отношениях, находится на нисходящей спирали времени, его исторический отрезок времени подходит к своему логическому завершению внутри которого будет осмыслен и рожден новый миропорядок и новые общественно экономические отношения.

Спираль времени.

Спираль времени представляет собой разжимающуюся и сжимающуюся спираль, похожую на ту, что находится внутри часового механизма. Её форма соответствует спирали Фибоначчи, в которой длина каждого последующего витка является суммой двух предыдущих: 1, 1, 2, 3, 5, 8, 13, 21, 34 … , а отношение любого члена последовательности к предшествующему стремится к пропорции золотого сечения 1,618, являющейся Божественной мерой гармонии и красоты мироздания.

В разворачивающейся и сворачивающейся спирали время как будто спрессовано, как бы движется быстрее обычного, насыщенно событиями, исход которых влияет на текущее и завтрашнее состояние общества. Находясь в развернутом состоянии, она может сколь угодно долго в нем оставаться при условии, что сам организм, внутри которого она заведена, находится в состоянии устойчивого равновесия. Это утверждение справедливо для человека, страны, сообщества, объединенного общими идеями или границами, цивилизация и т.д.

Состояние динамического равновесия в обществе выражается в отсутствии серьезных напряжений между властью и обществом, когда состояние экономики приблизительно соответствует общественным ожиданиям, когда есть ощущение стабильности, когда возникающие отклонения оперативно замечаются и корректируются.

В такие годы кажется, что так будет всегда. Когда напряжения в обществе нарастают, ослабевает его внутренний иммунитетом и ослабевает способность к восстановлению равновесного состояния за счёт внутренних резервов – общество начинает входить в фазу окончания данного цикла развития, спираль времени начинает сжиматься; сначала медленно, затем всё быстрее пока до полного сжатия и остановки с тем, чтобы снова запуститься в новом цикле своего развития.

 Неизбежность смены экономической модели западной цивилизации или отрицание отрицания коммунизма.

К концу второго тысячелетия западная цивилизация стала входить в фазу «насыщения». Более точно, фаза насыщения наступила примерно в начале 90-х годов прошлого тысячелетия, а события 2008 года сделали процесс насыщения необратимым. Это время характеризовалось ускорением разрыва в доходах, быстрым размыванием среднего класса, и дальнейшей концентрацией финансовых ресурсов. Согласно статистическим данным, примерно 10,15 миллиона семей в США имеют состоянием более 1 миллиона долларов, что относительно общего количества семей (117 миллионов на 2015 год) составляет примерно 8.66%, из них 540 человек имеют состояние более миллиард долларов США.

Если финансы — это кровеносная система экономики, то в США налицо признаки нарушения кровообращения. Желание государства обеспечить адекватное кровоснабжение входит в противоречие с органами, отвечающими за его циркуляцию и сохранность, для которой приоритетом является только извлечение прибыли. Поэтому финансовые потоки замыкаются как бы сами на себя, обеспечивая стабильную прибыль от биржевых спекуляций и финансового сервиса.

На сегодняшней последней стадии развития капитализма интересы капитала вошли в противоречия с интересами общества. Растущая пропасть между «сытыми» и «голодными» создает новые напряжения внутри общества, что приводит к внутренней в том числе духовной деградации. И это не удивительно и даже закономерно: жажда наживы и потребления – это шаткий фундамент, на котором невозможно построить на века.

Клас­си­че­ская шко­ла тео­ре­ти­че­ской эко­но­ми­ки созданная А. Сми­том и Д. Ри­кар­до, и развитая в трудах Ж. Б. Сея, Т. Маль­ту­са, Дж. С. Мил­ля, Маркса и других трансформировалась в экономическую модель капитализма, при которой лишенные эмоциональной окраски законы капитала преследуют единственную цель – извлечение прибыли и его, капитала, концентрацию.

В современном капиталистическом обществе его интересы представляют примерно 10% населения, которым и принадлежит львиная доля финансовых и производственных ресурсов, из которых финансируются (читай коррумпируются) институты представительной и прямой демократии.

В процессе своего развития и самосовершенствования финансовая система капитализма превратилась идеальный водоворот, в воронку которого попадает большинство денежной массы, что позволяет установить неформальный, но надёжный контроль над политическими процессами, ресурсами, и сферой товарно-денежных отношений.

Людям в этой системе отношений, обременённым кредитными обязательствами, отведена роль крепостных крестьян. Сложившаяся в мире система поощрения товарного потребления и финансовых услуг– это скрытая форма порабощения и управления сознанием людей.

Согласно данным Мирового Банка, рост финансового сектора в мировой экономике за последние десятилетия составляет 6% годовых, что значительно опережает рост реального сектора экономики. В США, сектор финансовых операций доминирует в экономике страны. Как мы видим из графика, представленного профессором права Университета Штата Коннектикут Джеймс Квак (James Kwak), если в 60-е годы удельный вес финансового сектора был 5-10%, то в 2006 – достиг 40 — 42% и сейчас, восстановившись после потрясений 2008 года, перешагнул отметку 50%.

Рис 2. Удельный вес сектора финансовых услуг в экономике США.

Львиная доля денег в мире существуют в виде электронных записей и ничем не обеспечены. Причем все эти ресурсы концентрируются в руках всё меньшего количества людей. Это тот сектор экономики, в которой деньги производят деньги минуя товарно-денежные отношения. Полученная в результате искусственно спекулятивных операций прибыль —это электронные деньги в виде записи в бухгалтерской книге или базе данных компьютера. Инвестируя электронные деньги в реальный сектор, финансовые институты превращают их в реальные деньги. Это, в свою очередь стимулирует развитие индустрии супердорогих товаров и потребительского отношения к жизни; является катализатором бело воротничковой и других видов преступности, взяточничества, наркомании, социальной апатии и фактором социального расслоения.

К концу прошлого тысячелетия некогда чрезвычайно прогрессивная и, казалось, единственно правильная и универсальная экономическая теория капитализма практически исчерпала свой внутренний потенциал. Как это бывает в природе, сила капитализма в способности концентрации финансовых ресурсов, стала его «ахиллесовой пятой».

Механизм концентрации капитала представляет двойной турбулент, в котором существует внешнее (мужское) и внутреннее (женское) разнонаправленное вращение. По форме он напоминающий воронку воды, или торнадо. Внешний турбулент захватывает материю, в то время как внутренний её познаёт, систематизирует или структурирует.  Двойной турбулент –признак интеллигентности или способности к внутренней самоорганизации.

Весь этот механизм находится в постоянном вращении, захватывая внутрь себя финансовые потоки, и инвестируя их с целью извлечения прибыли. Миру капитала всегда нужны новые рынки сбыта, дешевые природные и людские ресурсы. Виртуальные или электронные деньги, полученные в результате финансовых спекуляций, непременно инвестируются в реальные сектора экономики, чтобы привязать электронные деньги к их материальному эквиваленту. Так возникла идея глобализации и теория единого глобального рынка.

Лучшие экономисты и математики работали над тем, чтобы поддерживать в умах людей идею без альтернативности финансово-экономической модели капитализма, найти и обосновать новые источники её роста. Тем не менее ощущение близости заката проявлялось в замедлении темпов роста экономик большинства капиталистических стран, в вытеснении реального сектора экономики сектором финансовых услуг, в искусственном спекулятивном росте основных биржевых индексов, стагнацией рынка недвижимости, роста кредиторской задолженности населения и в  других тревожных симптомах.

Идея по-прежнему жива

В условия когда в течении достаточно долгого времени экономики США и стран Евросоюза показывают минимальный рост и при этом львиная доля прибыли аккумулируется у небольшой группы населения, возникает  нарушение кровообращения между отдельными подсистемами единой системы финансово-экономических отношений, используя известную аналогию, что финансы – это кровеносная система, а деньги — кровь экономики. Возникают напряжения между различными подсистемами и некогда хорошо отлаженный механизм непрерывного внутреннего движения начинает сбоить.

Внутренний иммунитет данного общественного устройства уменьшается и уже не способен к восстановлению равновесного состояния по причине отсутствия внутренних резервов.  Эти процессы все отчетливее проявляются в последнее десятилетие в экономиках США и стран Евросоюза. В терминах медицины лучшим исходом в данной ситуации является достижение устойчивой ремиссии.

Думающие люди в капиталистическом мире прекрасно отдают себе отчет в неизбежности заката капиталистической системы общественных отношений. Идет мучительный поиск новой модели трансформации. Технический прогресс, который всегда был визитной карточкой капитализма, сейчас выступает в роли его могильщика.  Развитие автоматизации и роботизации кардинально изменяет рынок труда.

В 2013 Майкл Осборн и Карл Фрей (университет Оксфорда) опубликовали исследования о будущем рынке труда. По их оценкам в США 47% работ потенциально будут автоматизированы или заменены роботами уже в ближайшие 10-20 лет. Самими уязвимыми секторами экономики станут транспорт, логистика, офис менеджмент и производство.

В Швейцарии подсчитали, что дешевле каждому человеку ежемесячно выплачивать сумму в 2500 долларов США, равную среднему прожиточному минимуму, плюс 625 долларов на каждого ребенка, чем содержать армию бюрократов ответственных за контроль и оплату субсидий нуждающимся. Однако в 2014 году на референдуме данная идея не была поддержана.

Тем не менее, идея по-прежнему жива. Согласно анализу Мирового банка 2016 года в развитых странах примерно две трети рабочих мест могут исчезнуть в результате автоматизации. В этой связи многие страны (Кения, Финляндия, США) экспериментально апробируют систему с условным названием «Безусловный базовый доход» когда каждому будет гарантированно выплачиваться сумма необходимая для удовлетворения базовых нужд таких как жильё, одежда, пища и. т. д.

Концепция гарантированного базового дохода рано или поздно неминуемо найдет дорогу в жизнь. Это лишь дело времени. Вместе с ней материализуется слегка видоизмененный лозунг коммунизма: от каждого по способностям, каждому по минимально необходимым для достойной жизни потребностям.

Как сказано в Библии «Камень, отвергнутый строителями, станет во главе угла».

Олег Подгорецкий

для информационного аналитического издания «Российский Репортер»

От редакции: Олег Подгорецкий — в прошлом инженер-баллистик, выпускник Военно-космической академии им А. Ф. Можайского, а ныне исследователь, ученый, изобретатель, проживающий в США

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.