Ленинский районный суд города Костромы начал рассмотрение «громкого» дела, произошедшего ещё в августе 2020 года.

С чего все началось

Вечером 2 августа 2020 года приехавший вместе со своей подругой Константин Квасников  получил замечание по поводу припаркованной во дворе дома машины от нетрезвого выходца из Молдовы (из-за авто последний видел детей во дворе дома). Словесная ссора перешла в обоюдную драку… после того, как она закончилась и Константин уже уходил, противник догнал его с компанией  родственников… точных данных о количестве догнавших  нет, но не меньше 4 и не больше 5-ти.  Квасников говорит, что у одного из них в руках был нож.

Казалось бы, простая ситуация, двое молодых людей повздорили, что может быть более обыденного, но все приобретает совершенно другой масштаб, когда  разгоряченная застольем компания выходит на помощь своему другу….

В итоге и в этих неравных условиях Константин сумел не дать себя в обиду подвыпившей компании, за что сейчас и предстал перед судом по обвинению в нанесении тяжких повреждений одному и легких повреждений еще троим..

Подробнее суть дела можно прочитать тут «Меры допустимой обороны. Хроника резонансного дела»

Ранее мы уже об изначальных странностях в расследовании данного уголовного дела мы писали тут «Меры допустимой обороны. Продолжение судебной саги».

Судебное заседание. Опрос свидетелей

  После более чем полуторагодичного следствия  дело было передано на рассмотрение в Ленинский райсуд г.Костромы. Мы решили не терять внимания к нему и предлагаем начальные путевые заметки нашего собственного корреспондента  непосредственно из зала суда:

  1. Реальные судебные заседания подобного типа стоит посетить уже потому, что они куда  живей и интересней своих  же описаний в прессе или кинематографе… страсти тут кипят нешуточные…
  2. Перед началом заседания по требованию Квасникова суд сразу удалил из зала свидетельницу со стороны потерпевших, которая объяснила   свое присутствие желанием вначале послушать показания других… При удалении, свидетель нелицеприятно высказалась насчет того, что и прессе тут тоже не место…
  3. Уже с первых допросов потерпевших в суде обнаружилось, что спустя два года после происшедшего ситуацию никто из них  точно практически не помнит. Показания о том, кто-где стоял и кто-что делал явно отличаются друг от друга. А вопросы, которые следствием ранее вообще не выяснялись,  просто ставили в тупик. Видимо, никто не готовился к тому, что сторона защиты будет так глубоко уточнять детали ситуации… Это неожиданно осложнилось еще и  тем, что обычное в таких случаях оглашение протоколов допросов тех же лиц о следствия результата тоже не дало, поскольку некоторые из допрошенных  заявили, что таких показаний  работникам полиции они  вообще не давали, а смысла некоторых  русских слов,  записанных в протоколах от их имени, они  вообще не понимают…
  4. Некоторые протоколы допросов потерпевших за разные даты оказались дословно повторяющими друг друга, что бывает в ситуациях, когда  вместо реального допроса предыдущие показания из компьютера  дословно переписываются в новый протокол от другого числа… создавая видимость множественности доказательств…  Так что, на мой взгляд, появился серьезный вопрос о том, что суд будет брать за основу при оценке таких показаний потерпевших….
  5. Сторона защиты утверждает, что показания очевидцев (и даже одного из потерпевших )и самого Квасникова о начале
    Запись очевидцев конфликта. Текст из ролика:
    Вот этот …. мерседес, слышишь, вот так подпрыгнет, отвечаю, яя отвечаю, его больше не будет, я тебе отвечаю

    конфликта из-за парковки авто почти дословно совпадают за исключением одной фразы в конце…а именно, Квасников утверждает, что поводом для драки послужило обещание нетрезвого потерпевшего взорвать его автомобиль, если он его оставит на месте парковки…а тот утверждает, что этой фразы не говорил, однако,  причину неожиданного перехода к драке от спокойного и длительного разговора с Квасниковым объяснить не может… не могут потерпевшие  объяснить,почему  вопрос о возможности взрыва машины возникал в их разговорах с Квасниковым и его подругой в тот же вечер еще, как минимум, дважды…  

  6. На следствии Квасников заявил, что во время драки у него пропали вещи, в том числе, портмоне с вещами и документами, которые на следующий день ему подкинули… Следствие сделало вывод, что никаких хищений со стороны потерпевших не было… В суде потерпевшие неожиданно вспомнили, что в руках Квасникова действительно что-то было, а после конфликта его подруга и правда искала его вещи по кустам …  что-то нашла… интересно, почему эти вопросы нельзя было выяснить на следствии?
  7. Судебное заседание проходило 6 часов с небольшим перерывом на обед. Суд внимательно выслушивал все показания выступающих, задавал логичные вопросы,  беспристрастно к какой-либо из сторон.
  8. Были и неприятные моменты в судебном заседании. Одного судебного пристава в зале  оказалось мало, а постоянные подсказки потерпевших друг другу, что нужно говорить доносились через весь зал – мешали вести аудио протоколирование, мешали суду. Особенно раздражали защиту, которая не раз излишне эмоционально реагировала на это. В определенный момент потерпевшие начали выкрикивать отдельные слова на молдавском языке… комментирование их смысла не имеет Судом сделано масса замечаний…
  9. Еще один явный момент, который почему-то  не выяснен органами полиции: потерпевшие, вначале заявлявшие, что Квасников запарковал авто вблизи детской площадки, потом неожиданно изменили их на то, что он заехал прямо на площадку… при этом никаких границ площадки явно не выяснено, каждый описывает их по каким-то  собственным понятиям… пожалуй, единственно законным способом разобраться в той ситуации являлся бы вызов сотрудников ГИБДД, а отнюдь не попытки «разбираться самим»? Не исключаю, что определяющую роль в этом сыграло численное превосходство и появившаяся смелость после употребления спиртного.
  10. В суде оглашены записи врачей, оказывавших медпомощь потерпевшим в тот вечер… среди записей утверждения об их «агрессивном поведении». Потерпевшие объяснили, что  вели себя абсолютно адекватно, но на них накричала уборщица из-за испачканных кровью полов…
  11. Весьма странным представляется то обстоятельство, что один из братьев потерпевших — некто Т. во время событий разрастающегося конфликта, почему-то, как пояснял он сам, не выбежал на улицу, как и все остальные, а продолжал оставаться в квартире, спокойно общаясь по телефону с отцом одного из так называемых «пострадавших». И это при всём том, что, по версии следствии, во дворе избивали его близких людей, все сильно шумели и на крики конфликтующих из дома выскочили даже случайные соседи. А ведь именно этот, так любящий поболтать по
    телефону родственник, как утверждает Квасников, выбегал на улицу вместе со всеми, по сути, разжигая ссору, требуя, чтобы ему принесли какой-то кинжал и угрожая зарезать самого подсудимого вместе с его подругой, а также «запустить на воздух» его автомобиль. В суде все потерпевшие хором утверждали, что их родственник в конфликте не участвовал, старательно оберегая его от неудобных вопросов защиты. После демонстрации гр-ну Т. видеозаписи фрагмента состоявшейся ссоры,
    где отчётливо слышны его угрозы, тот вдруг «вспомнил», что вероятно уже после всего случившегося выходил на улицу, и действительно мог несколько резко выразиться, но сделал это сгоряча, так сказать «в сердцах». Складывается впечатление, что потерпевшие очень упорно не хотят «светить» своего родственника, ведь иначе, версия стороны защиты
    о нахождении Квасникова в состоянии необходимой обороны может серьезно укрепиться.Также непонятно, почему вопреки показаниям потерпевших в той части, что конфликт происходил у 3-го, а затем между 3-м и 2-м подъездами дома, следы крови, тем не менее, были обнаружены, в том числе, и у 2-го, и даже между 2-м и первым подъездами (замечу, что сам Квасников проживает именно в первом подъезде). И это при всём том, что на спине
    у Квасникова, согласно заключение судмедэкспертизы, обнаружены телесные повреждения на задней поверхности его туловища, возникшие, вероятнее всего от ударов руками и ногами. Очевидно, что кто-то его преследовал, кто-то бил его в спину, от кого-то Квасников убегал. Но от кого? Потерпевшие уверяют, что за подсудимым не гнались, ко второму
    подъезду даже не походили, ну а все имеющиеся у него ссадины возникли от его падения. Но как-то не очень вяжутся такие пояснения с такими объективными доказательствами, как выводы судебного эксперта и протокол осмотра места происшествия.Ну и вишенкой на торте неожиданно стали показания в суде незаинтересованного свидетеля — девушки, наблюдавшей ссору со стороны из окон соседнего дома. На вопрос защиты, свидетель прямо заявила, что на русского мужчину (кем оказался Квасников) надвигалось четверо лиц южной национальности и было отчетливо видно, что этот мужчина явно
    обороняется. Да да, именно обороняется, именно такой вывод из увиденного сделала для себя свидетель.

    На самом деле нюансов в деле еще больше и явно, что впереди предстоит еще не одно заседание….

  

На плечи Ленинского районного суда легло не легкое дело, вызвавшее большой общественный резонанс. На сегодняшний день в редакцию поступают обращения от депутатов, общественных организаций с отдельным пожеланием освещать происходящее и актуализировать информацию – ведь эффективность судейской деятельности напрямую связана с доверием к ней со стороны общества.

Наша редакция следит за развитием событий и надеется, что суд рассмотрит дело всесторонне, а решение будет взвешенным.

 Николай Быковский

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.